Образование: статьи и материалы » Педагогическая концепция В.В. Розанова » Основные направления философской мысли В.В. Розанова

Основные направления философской мысли В.В. Розанова

Страница 1

Серьезный интерес Розанова к философии, пробудившийся в университетские годы, столкнулся с рутиной установившейся системы препо­давания. Он писал: «Все-таки к философии именно я почему-то питал особенное благоговение: «прочие — в сюртуках, а этот в хламиде». Вдруг, по какому-то торжественному случаю, я увидел нашего Матвея Ми­хайловича (Троицкого), до того расшитого в золото (позументы парад­ного мундира) и со столькими орденами на груди . что мой туман спал.

Ах, вот отчего . университет не дает никакой идеи о науке: все они зани­мают должность V-ro класса, дослуживаются, к 40-летию службы, до тай­ного советника и мирно прилагаются «к отцам» на Дорогомиловском или Ваганьковском кладбище».

На становление Розанова - мыслителя и писателя значительное влияние оказали три видных представителя русской культуры: Н. Н. Страхов, К. Н. Леонтьев и С. А. Рачинский, с которыми будущий философ стал переписываться еще в годы учительства. Философ, пуб­лицист, критик Страхов тесно сотрудничал с Достоевским, дружил с Толстым; другой философ — Леонтьев писал Розанову из Оптиной пустыни, где находился под духовным влиянием знаменитого, очень уважаемого старца Амвросия; Рачинский, хотя и учительствовал в собственной деревенской школе, но эта церковная школа бывшего профессора Московского университета была известна всей России.

Книга Розанова «О понимании" направлена против позитивизма большинства тогдаш­них профессоров философии Московского университета. Автор видел и серьезные недостатки своего труда, о которых позднее говорил: «Мне надо было вышибить из рук, из речи, из «умозаключений» своих против­ников те аргументы, которыми они фехтовали. Отсюда — элементар­ность, плоскость суждений, доказательств. «Надо было полемизировать не с Парменидом, а с Михайловским». Конечно — это слабая сторона книги».

Ныне рецептивная эстетика утверждает, что важно не литературное произведение само по себе, а его восприятие читателем, и это не вызывает протеста.

Науковедческий аспект книги не заинтересовал современников. В рецензии на нее, опубликованной в одном из круп­нейших журналов, ядовито сказано, что «автор разумеет под «понима­нием» совсем не то, что принято разуметь под этим словом: для него это не психологический процесс, а какая-то новая всеобъемлющая наука, призванная восполнить собою недостатки и пробелы существующих зна­ний. Для нас этот «полный орган разума», выдуманный г. Розановым, остается неразрешимою загадкою. Понимание, как нечто независимое от науки и философии, стоящее вне и выше их, более несомненное и обшир­ное, чем они,— это просто логический абсурд». И лишь в сочувственно написанной рецензии Н. Н. Страхова на книгу Розанова признавалась «законность задачи, которой она посвящена».

Провал первой книги (часть ее тиража была возвращена автору, а другая часть продана на Сухаревке на обертку для «серии современ­ных романов») изменил всю судьбу Розанова. Много лет спустя он писал: «Встреть книга какой-нибудь привет — я бы на всю жизнь остался «философом». Но книга ничего не вызвала (она, однако, написана легко). Тогда я перешел к критике, публицистике: но все это было «не то». То есть это не настоящее мое».

Вслед за книгой «О понимании» Розанов собирался писать такую же по величине работу под названием «О потенциальности и роли ее в мире физическом и человеческом». Потенция, считал он, это незримая, не­осуществленная форма около зримой, реальной. Мир — лишь частица «потенциального мира», который и есть настоящий предмет философии и науки. «Изучение переходов из потенциального мира в реальный, за­конов этого перехода и условий этого перехода, вообще всего, что в стадии перехода проявляется, наполняло мою мысль и воображение» . Замыслу, однако, не суждено было осуществиться — он остался «в по­тенции».

После «О понимании» — книги в 738 страниц — трудно было писать кратко. Все написанное получалось торжественно, философично и прост­ранно. Пришлось «перестраивать мозги», учиться писать (как советовал Страхов) сначала журнальную статью на три книжки журнала, хотя «музыку» мог продолжать сколько угодно. Писатель радовался, если удавалось написать статью только на одну книжку. Наконец он пере­ходит в газету писать статьи в 700 строк. И так, сокращаясь «в форме», Розанов дошел до своих знаменитых «мимолетных» записей в «Уединен­ном» и в других зрелых произведениях.

Страницы: 1 2


Похожие статьи:

Возможности модернизации темы «кристаллогидраты»
Анализ прогарам и учебников показал нам структуру изложения учебного материала. На основе проделанной работы мы приходим к выводу о более эффективной структуре изучения данной темы. Целью данного раздела является рассмотрение возможностей модернизации содержания и методики изучения темы «кристаллог ...

Психолого-педагогические рекомендации
1.Специфика педагогического взаимодействия на уроках музыки требует от учителя обратить особое внимания на важность развития невербального компонента в поведении. Этой проработке, к сожалению, не уделяется достаточного внимания не только в школе, но и на других уровнях, поэтому мы рекомендуем: Р ра ...

Вопрос о методе проектов в дидактике
Метод проектов в последнее время приобретает все больше сторонников. Однако, как это часто бывает, такая популярность не радует. И вот почему. Происходит смешение или даже подмена понятий. Принятое понятие проекта предполагает «разработку замысла, идеи, детального плана того или иного практического ...

Категории

Copyright © 2019 - All Rights Reserved - www.hello-school.ru